Про детскую любовь

Алероха периодически говорит мне: “Ты самая лучшая мама на свете!” Мне каждый раз хочется оглянуться и спросить: “Ты с кем сейчас разговаривал?” Я не чувствую себя лучшей мамой и не знаю, на что сын ориентируется. Он явно имеет в виду что-то реальное, но мне трудно понять, что.

- Может, он имеет в виду просто, что я у него есть? - сказала я Витьке, пока мы сидели у детской площадки, обвеваемые теплым ветром с озера Ниписинг. - Мама мягкая одна штука, выдает обнимашки и завтраки?
- Нет, я думаю, он тебя очень любит.
- Наверное, мы разное подразумеваем под “любит”... - начала я.
- Такое можно сказать про тебя и любого другого человека, - вставил Витька.
- Когда любишь, хочется делать человеку хорошее, - упрямо продолжала я, - а он не слушается же. По двадцать раз простые вещи просить приходится.
- Он не понимает твоих проблем, - сказал Витька. - Для него самого попросить двадцать раз - вообще не в напряг. Он выдает запросы пулеметом с утра до вечера и привык, что большая часть из них не исполняется.
- Это правда, - признала я. - Помню, я когда-то осознала, что он не понимает концепта времени. Большое озарение было.
- Когда ты расстроена, - продолжал Витька, - он всегда приходит тебя проведать и принести тебе радость. Но радостей твоих он пока тоже понять не умеет. Для него сейчас радость - это Годзилла. Больше Годзиллы! Сто двадцать восемь рисунков Годзиллы!
- Кошмар, - содрогнулась я.
- Просто прими, что он говорит искренне, - посоветовал Витька.
- Забыла я все это, - пожаловалась я. - Не понимаю собственного ребенка.
- Ничего страшного, - утешил муж, - ему надо учиться. Раздражение на то, что надо повторить просьбу больше трех раз - нормальная реакция. Он с ней столкнется еще много раз. Когда-нибудь у него в мозгу щелкнет от количества повторений. Мы просто не знаем, когда.
- С этим я уже могу соотнестись, - сказала я. - Со щелканьем от количества повторений.
- У некоторых людей уходят десятилетия, чтобы понять связь, которая другим людям кажется очевидной, - сказал муж. - Но у него есть стимул. Он тебя любит.

К нам подбежал Алероха, чтобы показать нам рисунок Годзиллы, получить обнимашку и ускакать обратно на площадку. Дул теплый ветер, озеро шумело и плескалось, комары блистали своим отсутствием.

Недавно, когда я плакала от усталости, сын нарисовал мне картинку в утешение. Пирамиды, сфинкс, темный властелин, приказывающий слугам. Откуда взялась египетская тема, я не знаю. Но не Годзилла, и на этом сыну спасибо.