![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
perelynnСледующий номер в хит-параде творений Гауди -
№4. Парк Гуэль (Park Güell)
- Слышь, Лоренс, они говорят, я теперь архитектор!
(фраза, сказанная Гауди лучшему другу в день выпуска из университета)
Если колония Гуэль строилась для работяг, парк Гуэль задумывался как элитный поселок для аристократов. По плану там должен был получиться образцово-показательный, журнально-глянцевый богатый район о шестидесяти домах, с площадью, крытым рынком и прогулочными террасами.
Подобно многим другим новаторским предприятиям Гуэля, парк потерпел крах как экономический проект при жизни графа… и набрал бешеную популярность спустя какое-то десятилетие после его смерти. Эусеби Гуэль родился раньше своего времени. Звезды так распорядились, чтобы было кому спонсировать Гауди.
Из шестидесяти домов окончены были только два. В одном жил Гуэль с наследниками, во втором - сам Гауди с племянницей Розой. Своей семьей архитектор так и не обзавелся. В годы учебы он увлекся преподавательницей французского языка, Хосефой Морю, но долго не решался ей в этом признаться, хотя жил с девушкой на одной улице и видел ее каждый день. Пока Гауди стеснялся, Хосефа успела трижды сходить замуж, поколесить по миру, побыть воровкой, проституткой, контрабандисткой, открыть шляпный магазин и родить пятерых детей. Первый муж, военный моряк, бросил девушку в грязном порту с ребенком на руках. Второй супруг тоже надолго не задержался, хотя оказался хорошим производителем. В третий Хосефе попался человек золотого характера, согласный воспитывать ее детей от всех предыдущих браков. Созрев наконец задать заветный вопрос, Гауди попытался было втиснуться между двумя мужьями, но Хосефа его отвергла. Получив отказ, парень женился на своей работе и остался навсегда ей верен.
Парк Гуэль находится на горушке. К нашему изумлению, крутой подъем был оборудован эскалаторами, причем работающими и едущими в правильном направлении! Такая нетипичная для Испании забота о путешественниках достойна того, чтобы быть упомянутой отдельно.
(фотка отсюда)
Поразительно, восхищались мы, с комфортом въезжая на почти отвесную скалу, куда пешком карабкались бы полдня. Домики по пути впечатляли.
Поскольку строительство парка затевалось с целью создать элитную колонию, у поселка должна была быть адекватная инфраструктура. Это современные люди катаются на эскалаторах, а Гауди в свое время отказался от идеи выравнивания склонов ради прокладывания дорог. Вместо этого он создал систему виадуков-серпантинов, достаточно широких, чтобы поверху могли ездить экипажи, доставляющие аристократов домой. Виадуки служили и по своему естественному назначению, наполняя колодцы - с водой на холме было негусто, - а также создавали крытые прогулочные террасы для желающих подышать свежим воздухом. При этом выглядят они так, будто сами тут и выросли. Гауди оставался верен своему принципу: “Кто черпает вдохновение из природы, тот сотрудничает со Всевышним.” И при взгляде на виадуки я верю: у архитектора точно была прямая связь с богом!
(фотка отсюда)
(фотка отсюда)
Виадуки выводят нас на просторную площадку под названием Площадь Природы. Силы природы нам предстали в действии: мы попали в самую что ни на есть натуральную песчаную бурю. Волнообразные края площадки окаймлены скамейками и украшенны битой мозаикой. Как всякие волны, они гибельны. Они съедят ваше время круче интернета. От скамейки к скамейке можно ходить бесконечно. Яркие загогулины заманивают и не отпускают, как узор в калейдоскопе, такой же вечно меняющийся и непонятный.
(фотка отсюда)
(фотка отсюда)
Из тенет мозаичной Лорелеи меня спас зверский лайфхак под названием детеныш. Проигнорировав скамейки (“подумаешь, цветастые хреновины, дайте мне мой лего-конструктор, я вам такие же накочегарю!”), он удрал вниз по дорожке и, скорее волею случая, чем планирования, привел меня на крытый рынок.
Если бы мне не сказали, что это рынок, я бы не догадалась. Выглядит он как зал колонн - пустотелых, неугомонный Гауди и сюда всунул дренажную систему - облицованных бледно-песочным кафелем. Стена у зала всего одна, по потолку гуляют волны, а в недрах зала, на дне самых глубоких впадин, таятся сокровища - цветные медальоны.
(фотка отсюда)
От "рынка" спуск ведет мимо статуи ящерицы - символа Барселоны - к павильону для приема посетителей и домику привратника. Вокруг ящерицы всегда толпится народ, специально приставленный страж еле успевает отгонять желающих пощупать узорчатую реликвию. Но даже больше, чем представитель семейства драконьих, меня покорили изгороди. Они напоминают одновременно зубцы короны и позвонки громадного животного.
Примерно здесь у меня окончательно оформилась четкая ассоциация между творениями Гауди и всевозможными кондитерскими изделиями. Стеклянные медальоны выглядели карамельными и их хотелось лизнуть. Изгороди смотрелись как медовые коврижки под кисло-сладкой марципановой глазурью. Домики казались пряничными с отделкой из патоки. Колонны напоминали палочки из рассыпчатого печенья с поправкой на масштаб. Я решительно отказываюсь понимать, почему в Барселоне не существует выпечки в стиле Гауди. Такой рынок простаивает!
№4. Парк Гуэль (Park Güell)
- Слышь, Лоренс, они говорят, я теперь архитектор!
(фраза, сказанная Гауди лучшему другу в день выпуска из университета)
Если колония Гуэль строилась для работяг, парк Гуэль задумывался как элитный поселок для аристократов. По плану там должен был получиться образцово-показательный, журнально-глянцевый богатый район о шестидесяти домах, с площадью, крытым рынком и прогулочными террасами.
Подобно многим другим новаторским предприятиям Гуэля, парк потерпел крах как экономический проект при жизни графа… и набрал бешеную популярность спустя какое-то десятилетие после его смерти. Эусеби Гуэль родился раньше своего времени. Звезды так распорядились, чтобы было кому спонсировать Гауди.
Из шестидесяти домов окончены были только два. В одном жил Гуэль с наследниками, во втором - сам Гауди с племянницей Розой. Своей семьей архитектор так и не обзавелся. В годы учебы он увлекся преподавательницей французского языка, Хосефой Морю, но долго не решался ей в этом признаться, хотя жил с девушкой на одной улице и видел ее каждый день. Пока Гауди стеснялся, Хосефа успела трижды сходить замуж, поколесить по миру, побыть воровкой, проституткой, контрабандисткой, открыть шляпный магазин и родить пятерых детей. Первый муж, военный моряк, бросил девушку в грязном порту с ребенком на руках. Второй супруг тоже надолго не задержался, хотя оказался хорошим производителем. В третий Хосефе попался человек золотого характера, согласный воспитывать ее детей от всех предыдущих браков. Созрев наконец задать заветный вопрос, Гауди попытался было втиснуться между двумя мужьями, но Хосефа его отвергла. Получив отказ, парень женился на своей работе и остался навсегда ей верен.
Парк Гуэль находится на горушке. К нашему изумлению, крутой подъем был оборудован эскалаторами, причем работающими и едущими в правильном направлении! Такая нетипичная для Испании забота о путешественниках достойна того, чтобы быть упомянутой отдельно.
(фотка отсюда)
Поразительно, восхищались мы, с комфортом въезжая на почти отвесную скалу, куда пешком карабкались бы полдня. Домики по пути впечатляли.
Поскольку строительство парка затевалось с целью создать элитную колонию, у поселка должна была быть адекватная инфраструктура. Это современные люди катаются на эскалаторах, а Гауди в свое время отказался от идеи выравнивания склонов ради прокладывания дорог. Вместо этого он создал систему виадуков-серпантинов, достаточно широких, чтобы поверху могли ездить экипажи, доставляющие аристократов домой. Виадуки служили и по своему естественному назначению, наполняя колодцы - с водой на холме было негусто, - а также создавали крытые прогулочные террасы для желающих подышать свежим воздухом. При этом выглядят они так, будто сами тут и выросли. Гауди оставался верен своему принципу: “Кто черпает вдохновение из природы, тот сотрудничает со Всевышним.” И при взгляде на виадуки я верю: у архитектора точно была прямая связь с богом!
(фотка отсюда)
(фотка отсюда)
Виадуки выводят нас на просторную площадку под названием Площадь Природы. Силы природы нам предстали в действии: мы попали в самую что ни на есть натуральную песчаную бурю. Волнообразные края площадки окаймлены скамейками и украшенны битой мозаикой. Как всякие волны, они гибельны. Они съедят ваше время круче интернета. От скамейки к скамейке можно ходить бесконечно. Яркие загогулины заманивают и не отпускают, как узор в калейдоскопе, такой же вечно меняющийся и непонятный.
(фотка отсюда)
(фотка отсюда)
Из тенет мозаичной Лорелеи меня спас зверский лайфхак под названием детеныш. Проигнорировав скамейки (“подумаешь, цветастые хреновины, дайте мне мой лего-конструктор, я вам такие же накочегарю!”), он удрал вниз по дорожке и, скорее волею случая, чем планирования, привел меня на крытый рынок.
Если бы мне не сказали, что это рынок, я бы не догадалась. Выглядит он как зал колонн - пустотелых, неугомонный Гауди и сюда всунул дренажную систему - облицованных бледно-песочным кафелем. Стена у зала всего одна, по потолку гуляют волны, а в недрах зала, на дне самых глубоких впадин, таятся сокровища - цветные медальоны.
(фотка отсюда)
От "рынка" спуск ведет мимо статуи ящерицы - символа Барселоны - к павильону для приема посетителей и домику привратника. Вокруг ящерицы всегда толпится народ, специально приставленный страж еле успевает отгонять желающих пощупать узорчатую реликвию. Но даже больше, чем представитель семейства драконьих, меня покорили изгороди. Они напоминают одновременно зубцы короны и позвонки громадного животного.
Примерно здесь у меня окончательно оформилась четкая ассоциация между творениями Гауди и всевозможными кондитерскими изделиями. Стеклянные медальоны выглядели карамельными и их хотелось лизнуть. Изгороди смотрелись как медовые коврижки под кисло-сладкой марципановой глазурью. Домики казались пряничными с отделкой из патоки. Колонны напоминали палочки из рассыпчатого печенья с поправкой на масштаб. Я решительно отказываюсь понимать, почему в Барселоне не существует выпечки в стиле Гауди. Такой рынок простаивает!
