![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
perelynnОткрою вам тайну. Я вообще-то люблю гулять в компании. Просто компанию подобрать бывает трудно: нужно, чтоб совпал график и география. Поэтому я периодически просеиваю группы на Фейсбуке, выясняя, не найдётся ли вокруг любителей погулять, кому я могу упасть на хвост.
В этот раз меня вынесло меня на группу натуралистов. Они предлагали трёхчасовую прогулку в субботу. Зимой. Смело, подумала я, и вытащила из закромов лыжные штаны.
Натуралисты оказались серьёзными ребятами! У них официальное сотрудничество с городской администрацией, а работают они над восстановлением природных ареалов после того, как городская администрация в этих ареалах чего-нибудь строила, перестраивала и модернизировала.
К примеру, прямо сейчас идёт постройка новой линии метро, для которой строители вырубают деревья. Эти деревья нужно будет обратно посадить. И так посадить, чтобы их не сожрали олени, которые расплодились и жрут всё ниже человеческого роста. И желательно сажать местные растения, а не завозные, что было нормой ещё десять лет назад. А пока деревья растут, популяции птиц и летучих мышей надо где-то жить. Администрация ставит для них специальные домики на шестах, но что-то непохоже, чтоб летучие мыши ими пользовались…
Ведущий экскурсии, Стивен, рассказывал, как определять вид деревьев, кустарников и трав даже зимой, когда всё вокруг равномерно коричневое. Чем отличается зелёный ясень от красного (ничем, кроме пушка на кончиках веток) и почему в Торонто всё ещё есть ясень как явление, если 15 лет назад случилось нашествие завозного жучка, который грозил погубить весь городской ясень подчистую. Оказывается, взрослые ясени действительно погибли, но корневая система некоторых деревьев выпустила новые побеги, которые, вопреки прогнозам, оказались устойчивы к жучку. Ясень больше не вырастает одиноким стволом в вышину, а растёт купой побегов. Короче, раньше ясень был дерево, а теперь выглядит как куст.
Инвазивный вид со зловещим названием “чёрная акация” сто лет назад считался отличным деревом для посадки на землях, раскуроченных стройкой. Чёрная акация растёт практически где угодно и даёт очень красивую золотистую древесину, которая мало поддаётся гниению. Но, как говорится, наши недостатки суть продолжение наших достоинств, и достоинства чёрной акации стали причиной, почему она вытесняет другие виды.
Мы шли вдоль тропы, где я летом каждый день катаюсь на велосипеде. Оказывается, по обе стороны тропы ведётся интенсивная работа по поддержанию местных растений и выкорчёвыванию инвазивных. Дело это… не то что бы безнадёжное, но довольно муторное. С автотрассы рядом зимой постоянно летит соль, и после таяния снегов оседает в почве. Местные растения соль не любят, и возле трасс выживают только самые агрессивные сорняки. Нужна огромная работа по вырубке и прополке, чтобы дать простор местным видам, а потом приходит новая зима и всё сначала.
Кстати, интересный внешний признак таких мест - мохнатые деревья. Соль, летящая с трассы, оседает на ветках и закупоривает почки. И тогда дерево пускает побеги с утроенной силой, обзаводясь практически щётками на ветках.
Мало-помалу мы подобрались к так называемым “слонам” - композиции скульптур с деревьями поверх. Они хорошо известны всякому, кто водит машину в Торонто, поскольку расположены у самой автотрассы. Я всегда думала что они бетонные. Ан нет! Оказалось - пластиковые. Это был арт-проект в конце 20 века, чтобы показать, что есть жизнь после пластика.
Слоны выполнены слоями из пластиковой пены и покрашены сверху серым. Внутри они полые и заполнены тоже пластиком - обломками бутылок, автозапчастей, мелкой бытовой техники и т.д. Через всё это добро сочится вода, которую насос качает из местной речки, довольно загрязнённой, и которая очищается, проходя через внутренность слонов и корни растений. Очищенная вода красиво низвергается из носика слона, образуя хобот, а поверх всего этого великолепия растёт зелёнка.
Как арт-проект слоны, несомненно, удались, а вот растения одухотворённые работники искусства в них посадили какие попало, в том числе инвазивные. Кроме того, пластиковые стены слонов оказались не рассчитаны на суровых канадских дятлов, которые норовят наделать в них дырок. Дятлам пофиг, что там пластик, дятлы видят отшелушенную краску и воспринимают её как кору.
Слоны требуют регулярной починки. Насос, качающий воду, тоже требует регулярной починки, потому что ржавеет от количества соли в реке. Теоретически у города в бюджете должны быть отведены на это средства, но вот уже четвёртый год город отвечает “денег нет, но вы держитесь”. Слоны пока что держатся. Посмотрим, как надолго.
Второй час прогулки подходил к концу, когда я окончательно замёрзла, несмотря на лыжные штаны. Я поблагодарила ведущих за экскурсию и взяла у них карточку. Хорошие прогулки, буду отслеживать. Может, даже Алероху возьму с собой, когда потеплеет. Мальчику могут понравиться рассказы о цветах, которые привлекают бабочек.
На фотографии - гнездо в зарослях инвазивного ластовня русского. В гнезде вывелся снег.
В этот раз меня вынесло меня на группу натуралистов. Они предлагали трёхчасовую прогулку в субботу. Зимой. Смело, подумала я, и вытащила из закромов лыжные штаны.
Натуралисты оказались серьёзными ребятами! У них официальное сотрудничество с городской администрацией, а работают они над восстановлением природных ареалов после того, как городская администрация в этих ареалах чего-нибудь строила, перестраивала и модернизировала.
К примеру, прямо сейчас идёт постройка новой линии метро, для которой строители вырубают деревья. Эти деревья нужно будет обратно посадить. И так посадить, чтобы их не сожрали олени, которые расплодились и жрут всё ниже человеческого роста. И желательно сажать местные растения, а не завозные, что было нормой ещё десять лет назад. А пока деревья растут, популяции птиц и летучих мышей надо где-то жить. Администрация ставит для них специальные домики на шестах, но что-то непохоже, чтоб летучие мыши ими пользовались…
Ведущий экскурсии, Стивен, рассказывал, как определять вид деревьев, кустарников и трав даже зимой, когда всё вокруг равномерно коричневое. Чем отличается зелёный ясень от красного (ничем, кроме пушка на кончиках веток) и почему в Торонто всё ещё есть ясень как явление, если 15 лет назад случилось нашествие завозного жучка, который грозил погубить весь городской ясень подчистую. Оказывается, взрослые ясени действительно погибли, но корневая система некоторых деревьев выпустила новые побеги, которые, вопреки прогнозам, оказались устойчивы к жучку. Ясень больше не вырастает одиноким стволом в вышину, а растёт купой побегов. Короче, раньше ясень был дерево, а теперь выглядит как куст.
Инвазивный вид со зловещим названием “чёрная акация” сто лет назад считался отличным деревом для посадки на землях, раскуроченных стройкой. Чёрная акация растёт практически где угодно и даёт очень красивую золотистую древесину, которая мало поддаётся гниению. Но, как говорится, наши недостатки суть продолжение наших достоинств, и достоинства чёрной акации стали причиной, почему она вытесняет другие виды.
Мы шли вдоль тропы, где я летом каждый день катаюсь на велосипеде. Оказывается, по обе стороны тропы ведётся интенсивная работа по поддержанию местных растений и выкорчёвыванию инвазивных. Дело это… не то что бы безнадёжное, но довольно муторное. С автотрассы рядом зимой постоянно летит соль, и после таяния снегов оседает в почве. Местные растения соль не любят, и возле трасс выживают только самые агрессивные сорняки. Нужна огромная работа по вырубке и прополке, чтобы дать простор местным видам, а потом приходит новая зима и всё сначала.
Кстати, интересный внешний признак таких мест - мохнатые деревья. Соль, летящая с трассы, оседает на ветках и закупоривает почки. И тогда дерево пускает побеги с утроенной силой, обзаводясь практически щётками на ветках.
Мало-помалу мы подобрались к так называемым “слонам” - композиции скульптур с деревьями поверх. Они хорошо известны всякому, кто водит машину в Торонто, поскольку расположены у самой автотрассы. Я всегда думала что они бетонные. Ан нет! Оказалось - пластиковые. Это был арт-проект в конце 20 века, чтобы показать, что есть жизнь после пластика.
Слоны выполнены слоями из пластиковой пены и покрашены сверху серым. Внутри они полые и заполнены тоже пластиком - обломками бутылок, автозапчастей, мелкой бытовой техники и т.д. Через всё это добро сочится вода, которую насос качает из местной речки, довольно загрязнённой, и которая очищается, проходя через внутренность слонов и корни растений. Очищенная вода красиво низвергается из носика слона, образуя хобот, а поверх всего этого великолепия растёт зелёнка.
Как арт-проект слоны, несомненно, удались, а вот растения одухотворённые работники искусства в них посадили какие попало, в том числе инвазивные. Кроме того, пластиковые стены слонов оказались не рассчитаны на суровых канадских дятлов, которые норовят наделать в них дырок. Дятлам пофиг, что там пластик, дятлы видят отшелушенную краску и воспринимают её как кору.
Слоны требуют регулярной починки. Насос, качающий воду, тоже требует регулярной починки, потому что ржавеет от количества соли в реке. Теоретически у города в бюджете должны быть отведены на это средства, но вот уже четвёртый год город отвечает “денег нет, но вы держитесь”. Слоны пока что держатся. Посмотрим, как надолго.
Второй час прогулки подходил к концу, когда я окончательно замёрзла, несмотря на лыжные штаны. Я поблагодарила ведущих за экскурсию и взяла у них карточку. Хорошие прогулки, буду отслеживать. Может, даже Алероху возьму с собой, когда потеплеет. Мальчику могут понравиться рассказы о цветах, которые привлекают бабочек.
На фотографии - гнездо в зарослях инвазивного ластовня русского. В гнезде вывелся снег.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-02-11 02:23 pm (UTC)